1991.11.1–3. Доклад Митрополита Киевского и всея Украины Филарета

Украинская Православная Церковь является прямой правопреемницей Киевской митрополии, основанной после Крещения Руси в 988 г. святым равноапостольным князем Владимиром. Всемирное празднование 1000-летия Крещения Руси убедительно показало всему миру, что русское православие имеет свои истоки в Киеве.
 
Принятие Киевской Русью христианства и образование Русской Церкви явилось важнейшей составной частью всемирной истории, пережившей в X ст. радикальный нравственный перелом. Произошло духовное преображение Киевской Руси, огромной и могущественной державы Восточной Европы.
 
Христианская вера пришла на Русь из Византии, поэтому и основанная в ней Киевская митрополия находилась в каноническом подчинении Константинопольского патриарха. Однако эта зависимость от греков ограничивалась актами высшего канонического порядка, без вмешательства во внутренние дела управления Церкви. Константинопольские патриархи твердо придерживались своего права постав-ления митрополита на Киевскую кафедру, поэтому первыми Киевскими митрополитами были греки. Однако уже и в то время Русская Церковь сознавала полноту своей власти, и ее зависимость от греков имела только канонический характер. Уже при Ярославе Мудром, в 1051 г., собором русских епископов был поставлен на митрополичью кафедру киевлянин-пресвитер Иларион. Подобный случай повторился через 100 лет, когда по воле Киевского князя Изяслава II был посвящен на Киевскую кафедру Климент Смолятич. Эти примеры свидетельствуют не только о росте политического авторитета Киевской державы, но и об укреплении духовных сил церковной иерархии, о ее понимании того, что когда во главе родной Церкви будет стоять сын своего народа, то он лучше послужит его благу, чем иностранец. В XI в. большинство епископских кафедр занимали епископы местного происхождения. Только один Киево-Печерский монастырь в домонгольский период дал Церкви до 50 епископов из числа своих монахов.
 
Свидетельством возрастания духовных сил Церкви было и стремительное развитие христианского подвижничества. Зародившись в Киеве, монашество стало быстро распространяться по всей Киевской Руси. Местные подвижники несли соседним народам не только евангельское благовестие, но и основывали монастыри, которые со временем становились очагами грамотности, а также примером хозяйствования на высоком культурном уровне.
 
Принятие христианства имело положительное влияние на нравственность и политику, быт и культуру Киевской Руси.
 
В раздробленной после смерти Ярослава Мудрого на удельные княжества державе Церковь была единственной силой, объединяющей княжества в единое целое, потому что все епархии зависели от Киевского митрополита и тяготели к митрополичьей кафедре. Церковь заботилась и об авторитете государственной власти. Летопись сохранила нам обращение одного из Киевских митрополитов к великому князю: «Княже,— говорил он,— мы поставлены в Русской земле Богом удерживать вас от кровопролития». Это сдерживание имело важное значение в период муждуусобной борьбы русских князей, когда на Руси ослабевало государство и гибло население. Благотворно влияла Церковь и на общественную жизнь, в частности на ликвидацию рабства. В своих проповедях она утверждала, что свободные и рабы равны перед Богом. Положительно влияло христианство и на изменение понятия о семье, искореняя из жизни многоженство и язычесткие обычаи кражи и купли жен. Под влиянием Церкви жена становится другом, а не рабом. Церковь боролась и с другими безнравственными обычаями, такими как кровная месть, колдовство и всякие суеверия.
 
Церковь на Руси активно влияла на развитие культуры: в народе расширялась грамотность, духовное просвещение. При архиерейских кафедрах и монастырях основывались школы и библиотеки. Первая на Руси библиотека была основана в Киеве Ярославом Мудрым.
 
Так как религиозный культ сопровождается не только молитвами, обрядами и другими богослужебными действиями, но и строительством храмов, музыкой, песнопениями иконописанием, то с принятием христианства на Руси стали широко распространяться и эти виды искусства. Наглядным свидетельством этого является Киевская София
Делегаты Украинской Православной Церкви подписывают определения Собора УПЦ-
заиками и фресками, а также другие храмы того времени в Киеве, Чернигове и других городах Киевской Руси. Среди строителей и украсителей этих величественных сооружений, кроме греков, были и свои талантливые мастера. Киевский Патерик приводит имена некоторых из них. Среди иконописцев он упоминает монахов Алипия и Григория, среди врачей-целителей — преподобного Агапита, а среди певцов — доместика монастыря (учителя пения) Стефана. Об успешном развитии в Киеве искусства песнопения свидетельствует тот факт, что на основе греческого и болгарского распевов здесь появился свой высокохудожественный киевский «знаменный» распев, пронизанный мотивами народной обрядовой песни.
 
Таким образом, Киевская Русь до татаро-монгольского нашествия была могучей и культурной державой Восточной Европы.
 
Татаро-монгольское нашествие 1237—1240 гг. положило конец религиозному и культурному развитию, вызванному принятием христианства. В 1246 г. Киев; разрушенный ханом Батыем, утрачивает значение политического и культурного центра Руси. Митрополит Кирилл, назначенный на Киевскую кафедру Константинопольским Патриархом, не остается в Киеве, а переселяется во Владимир на Клязьме. Его преемники остаются во Владимире, а затем переезжают в Москву, хотя и сохраняют титул митрополитов Киевских и всея Руси.
 
Могучие галицко-волынские князья, которые привыкли видеть рядом с собой митрополита, испытывая давление со стороны латинства, добиваются для себя отдельного митрополита. Такие же требования выдвигают перед Константинополем и литовские князья, которые стремились ослабить духовные связи своих православных подданных с Московским княжеством.
 
Галицкий князь Юрий I Львович добился от Константинополя образования Галицкой митрополии. Первым Галиц-ким митрополитом стал Нифонт (+ 1305 г.). После его смерти князь Юрий I послал в Константинополь кандидата на Галицкую митрополию игумена Ратенского монастыря Петра, которого в патриархии решили поставить единым митрополитом Киевским и всея Руси, чтобы таким образом удовлетворить всех. Но митрополит Петр долго в Киеве не задержался, а, как и его предшественник, отправился во Владимир, а затем — в Москву, где и умер в 1326 г.
 
Симеон Гордый, который в то время вел борьбу за звание великого князя Московского, вместе с митрополитом Феог-ностом,преемником Петра, обратился в Константинополь с просьбой, чтобы вся Русь имела одного митрополита. И Константинопольский собор 1347 г. постановил, чтобы все русские епархии впредь подчинялись Киевскому митрополиту. Но сами же Константинопольские патриархи отступили от своего решения и в 1371 г., по требованию польского короля Казимира Великого, поставили в Галицию митрополита Антония.
 
А в Москве после смерти Феогноста митрополичью кафедру занял епископ Владимирский Алексий. Митрополитом Литовско-Русского княжества был посвящен Роман, который вскоре умер. Литовский князь Ольгерд стал добиваться от Константинопольской патриархии нового митрополита. Патриархия приняла альтернативное решение: посвятить кандидата литовского князя Киприана митрополитом Киевским и всея Руси с тем, чтобы он, пока жив митрополит Алексий, управлял епархиями Литовско-Русского княжества, а потом стал бы единым митрополитом Руси и Литвы. Но осуществилось это намерение только в 1389 г., потому что заключенная Кревская уния обьединила Великое княжество Литовское с Польшей. Литовский князь Ягайло, женившись на польской королеве Ядвиге, обещал за руку Ядвиги и за признание его королем Польским окатоличить не только Литву, но и украинские и белорусские земли, входившие в состав его королевства.
 
РАЗДЕЛЕНИЕ РУССКОЙ ЦЕРКВИ
НА ДВЕ МИТРОПОЛИИ:
КИЕВСКУЮ И МОСКОВСКУЮ
 
Вскоре после этого произошло разделение Русской Церкви на Московскую и Киевскую митрополии, волновавшее нашу Церковь несколько десятков лет. В то время вся Русская Церковь еще находилась в юрисдиции Константинопольского патриарха. В 1448 г. Москва самостоятельно поставила митрополитом Киевским и всея Руси Рязанского митрополита Иону. Одной из причин самостоятельного, без благословения Константинополя, поставления митрополита было отпадение в унию с Римом Константинопольского патриарха Григория Маммы. Это произошло в годы заключения Флорентийской унии (1439 г.). Русская Церковь фактически разделилась на две митрополии еще при святителе Ионе, причисленного впоследствии к лику святых.
 
Разделение Русской Церкви началось еще до митрополита Фотия (+1431 г.), продолжалось при нем, а завершилось после кончины святителя Ионы ( + 1461 г.). Это свидетельствует о том, что причина разделения заключалась не в лицах, возглавлявших Русскую Церковь, а в условиях, в которых она тогда находилась. Юго-западная часть Киевской Руси была тогда под властью литовских князей. Русские епархии, находившиеся на ее территории, были удалены от Москвы-кафедры Киевских митрополитов.
 
Великий князь литовский Витовт проявлял недовольство тем, что его православные русские епархии управлялись митрополитом, находившимся не на подвластной ему территории. Кроме того, Витовта беспокоило то обстоятельство, что доходы его епархии шли в Москву, а не на пользу Литовского княжества. Духовенство и князь обращали внимание на тот факт, что Московский митрополит редко посещает их епархии. (Гваньини: «Митрополит Московский посещал Литовскую Россию через шесть лет на седьмом для сбора денег», р. 17. Никоновс. летоп. 5,51). «И се ныне Фотий митрополит все узорочье церковны и сосуды переносит на Москву, и весь Киев пусто сотвори тяжкими пошлинами»,— так говорил князь Витовт (см.: Архиепископ Черниговский Филарет Гумилевский «История Церкви», Москва, 1888 г., т. III. стр. 6).
 
 
Разделение происходило не без споров и не без затруднений. Причиной тому было то, что Русская Церковь в течение четырех с половиной столетий управлялась единым митрополитом. Московский великий князь и духовенство привыкли к тому, что Константинополь поставляет одного митрополита на всю Русь. Кроме того, в Московской Руси опасались, что Литовский князь-католик не будет поддерживать православие. Последнее обстоятельство беспокоило и Константинопольского патриарха. Москва не хотела отказываться также от чести быть духовной сталицей всей Руси и защитницей Православия.
 
Святитель Иона многое сделал для предотвращения разделения Русской Церкви, но не имел успеха, потому что исторические обстоятельства требовали другого решения. То, что предвидели уже давно, что рано или поздно должно было совершиться, произошло при этом святителе.
 
Половина древнерусских епархий находилась не в русских владениях, а в литовских и польских. Литовский князь и польский король с опасением смотрели на подчинение своих подданных Московскому митрополиту, действовавшему под влиянием своего великого князя. Он желал быть независимым от Московского великого князя и в церковных делах. Король Казимир добился желаемого и отнял у великого Московского князя и у митрополита все православные епархии на территории Польско-Литовского государства и подчинил их особому митрополиту.
 
Произошло это таким образом. Прошла 17 лет с тех пор, как Исидор, принявший Флорентийскую унию, бежал из Москвы, и около 10 лет, как святитель Иона управлял Русской Церковью, обьявившей себя автокефальной. В 1458 г. после совещания с кардиналами и Исидором папа Каллист III, не добившись своей цели — подчинить себе всю Русскую Церковь, задумал разделить ее на две части и подчинить одну из них. Как уже было сказано выше, этого желал и польско-литовский король. Часть, на которую претендовал папа, находилась в польских и литовских областях. В нее входили девять епархий: Брянская (Черниговская), Смоленская, Перемышльская, Туровская, Луцкая, Владимирская, Холмская, Полоцкая и Галицкая. Рим решил отнять эти епархии у митрополита Ионы и передать их другому митрополиту. Исидор согласился передать эту часть Киевской митрополии своему ученику, тоже принявшему унию, Григорию Болгарину. Бывший Константинопольский патриарх Григорий Мамма (униат), лишенный впоследствии кафедры за приверженность к Риму, возвел Григория в сан митрополита «Киевского, Литовского и всей нижней России».
 
В течение десяти лет Григорий Болгарин хлопотал об упрочении своей власти и введении унии, но убедившись в бесплодности своих стараний ввести унию и в номинальности своего положения, в 1469 г. отправил в Константинополь своего посланца с дарами и с просьбой к патриарху Дионисию (1469—1476 гг.) дать ему благословенную грамоту на Литву и одновременно на Москву. Патриарх Дионисий дал Григорию благословение и утвердил в сане митрополита. Воссоединившись с православной Церковью — искренне или притворно — митрополит Григорий Болгарин в 1469 г. снова подчинил Киевскую митрополию на территории Литвы и Польши Константинопольскому патриарху, («Православная Богословская энциклопедия», Петербург, 1903 г., т. IV, стр. 689). С 1448 по 1469 г. Киевская митрополия на территории Польско-Литовского государства в составе Русской Церкви была автокефальной. В 1469 г. русские епархии в Литве и Польше признали Григория Болгарина митрополитом, после чего преемники святителя Ионы перестали называться Киевскими митрополитами. Юго-западные епархии Русской Церкви образовали отдельную Киевскую митрополию в составе Константинопольского патриархата. Ее епископы стали избирать себе особого митрополита. Первым таким митрополитом Киевским после Григория Болгарина был Мисаил. Кафедра Киевского митрополита находилась сначала в Вильно, иногда в Новгородке (Ново-грудке), а затем в Киеве (см.: Архиепископ Филарет Гуми-левский. Там же, стр. 11 —12).
Первосвятители Русской Церкви, получившие автокефалию, стали называться «Митрополитами всея Руси», а предстоятели Киевской митрополии в составе Константинопольского патриархата — «Митрополитами Киевскими и всея Руси» (Акты Южн. и Западн. России, I; стр. 48, 63, 73, 124).
 
ВОССОЕДИНЕНИЕ
КИЕВСКОЙ МИТРОПОЛИИ
С МОСКОВСКИМ ПАТРИАРХАТОМ
 
После воссоединения Украины с Россией в 1654 г. Москва стала предпринимать активные действия по церковному объединению Киевской митрополии с Московским патриархатом. Церковное единство необходимо было для укрепления единства государственного. Православное население Украины нуждалось в защите своей веры и в гарантии гражданской свободы. Поэтому низшие слои духовенства и миряне приветствовали действия Богдана Хмельницкого.
 
Однако Киевский митрополит Сильвестр Косов только под сильным давлением Запорожского войска принял присягу на верность царю Алексею Михайловичу. В то же время он категорически отверг требование Московского патриарха Никона о переходе Киевской митрополии в юрисдикцию Московского патриархата. Несмотря на то, что Украина вошла в состав Русского государства, Киевская митрополия в течение 30 лет сохраняла подчинение Константинопольскому патриарху.
 
Причина заключалась в том, что украинской иерархии выгоднее было находиться в юрисдикции Константинопольского патриарха, который, находясь далеко за границей, ничем не ограничивал их церковной свободы. Московская патриаршая власть могла лишить украинскую иерархию этой свободы. Кроме того, значительная часть Киевской митрополии находилась на территории Польского королевства, и митрополит опасался того,' что подчинение Московскому патриарху может ухудшить положение православных в Польше. Мир, заключенный в это время между Россией и Польшей, считался непрочным. Украинцы были убеждены на основании собственного опыта, что этот союз не может быть надежным уже хотя бы потому, что поляки принадлежали к Римскому костелу, а русские были восточного благочестия.
 
Воссоединение Киевской митрополии с Московским патриархатом произошло при гетмане Иване Самойловиче. В январе 1685 г. он послал в Москву старшего канцеляриста Василия Кочубея с предложением избрать на вдовствующую Киевскую кафедру епископа Луцкого Гедеона Четвертинского. В апреле 1685 г. в Батурин приехал с ответом окольничий Неплюев с рекомендациями Москвы. 8 июля 1685 г. в Киеве состоялось избрание митрополита, каковым стал Гедеон Четвертинский. Гетман Иван Самойлович сообщил в Москву, что «духовенство не будет противиться подчинению Киевского митрополита Московскому патриарху. Одновременно украинский гетман настаивал на следующем: 1) чтобы все древние права и вольности украинского духовенства оставались неприкосновенными — епископы Киевской митрополии должны поставляться Киевским митрополитом, ибо и Константинопольский патриарх не вмешивался в дело избрания епископов на Руси с начала образования Русской Церкви, что соответствовало требованию церковных канонов; 2) чтобы Киевская митрополия считалась первой между русскими митрополиями; 3) уговорить Константинопольского патриарха уступить свои права на Киевскую митрополию Московскому патриарху; 4) оставить Киевскому митрополиту звание Экзарха Константинопольского патриарха, чтобы православные епископы на польских территориях не избрали для себя особого митрополита с титулом Экзарха; 5) чтоб Московский Патриарх поставлял и благословлял Киевского митрополита, но в суд его, как и Константинопольский патриарх, не вмешивался; 6) чтоб Киевский митрополит носил митру с крестом и чтоб за богослужением перед ним носил крест. (С. Соловьев, История России с древнейших времен. С.-Петербург, т. XIV. с. 999).
 
В Москве согласились со всеми этими пунктами, кроме четвертого, где говорилось о том, что Киевский митрополит одновременно должен быть Экзархом Константинопольского патриарха. Москва справедливо указала на то, что Киевский митрополит не может одновременно подчиняться одному патриарху и быть наместником другого. Осенью 1685 г. новоизбранный Киевский митрополит Гедеон Четвертинский приехал в Москву и 8 ноября был посвящен Патриархом Иоакимом.
 
Так совершилось фактическое присоединение Киевской митрополии к Московскому патриархату, но каноническое оформление этого акта произошло позже. Казалось, дело воссоединения двух частей Русской Церкви закончилось, но для многих украинцев оно осталось незавершенным. Так думал и гетман Самойлович. Он боялся, что Константинопольский патриарх предаст проклятию его самого и всех его подданых за то, что они самовольно вышли из-под власти Константинополя. Самойлович просил Москву, чтобы она добилась в Константинополе разрешения Киевскому митрополиту перейти в подчинение Московскому патриарху. Москва действительно добилась того, что Константинопольский патриарх Дионисий дал грамоту о переходе Киевской митрополии под юрисдикцию Московского патриарха. Грамоту подписали Патриарх Дионисий, Иерусалимский патриарх Досифей, пользовавшийся на Востоке большим авторитетом, а также архиереи Константинопольского патриархата (С. Соловьев. Там же стр. 1001-1002; срав. Сборник Синодальной библиотеки, № 4).
 
Итак, в 1685 г. фактически, а с 1686 г. канонически Киевская митрополия вошла в состав Московского патриархата на вышеупомянутых условиях. Со временем условия воссоединения Киевской митрополии были нарушены и забыты, а в синодальный период Киевская митрополия стала одной из епархий Русской Церкви.
 
ПОЛОЖЕНИЕ ЦЕРКВИ НА УКРАИНЕ ПОСЛЕ 1917 ГОДА
 
После февральской революции 1917 г. на Украине, и в частности в Киеве, началось движение за национальное возрождение. Оно в значительной степени затронуло и Церковь. Группы низшего духовенства и вовлеченные в борьбу за независимую Украину миряне требовали образования на Украине автокефальной Церкви. Украинское национальное движение в церковной среде было одновременно и революционным.
В 1918 г. с благословения Святейшего Патриарха Тихона в Киеве начал работу Всеукраинский Собор, который решительно отверг предложение об установлении церковной автокефалии и выразил единодушное желание иметь на Украине автономную церковь в каноническом единении со всей Русской Православной Церковью и с ее патриархами. В том же году Всероссийский Поместный Собор утвердил решение Всеукраинского Собора, предоставив Православной Церкви на Украине широкую автономию.
 
Решение Поместного Собора не удовлетворило радикально настроенную группу духовенства и мирян. Они продолжали требовать автокефалии для Украинской Церкви. Небольшая группа самочинцев, опираясь на поддержку Украинского правительства, стремилась господствовать над всем православным населением Украины, захватить в свое ведение храмы и решать все церковные дела.
 
1 октября 1921 г. сторонники автокефалии созвали самочинный собор и объявили себя автокефальной церковью. Поскольку в среде автокефалистов не оказалось ни одного епископа (а Православная Церковь не может быть без епископа), священники и миряне сами поставили себе епископа в лице женатого священника Василия Липковского. Священные каноны не позволяют священникам, тем более мирянам, поставлять епископов. По этой причине автокефалисты решили на своем соборе изменить правила святых апостолов и Вселенских соборов. Православный народ на Украине не поддержал самочинную автокефалию и назвал ее сторонников самосвятами.
 
На первых порах Советская власть, поддерживавшая все расколы в Церкви, поддержала и автокефалистов. Церковь Патриарха Тихона считалась контрреволюционной Церковью и до начала Великой Отечественной войны перенесла самые страшные гонения.
 
Образование Советского Союза в 1922 г. поставило «автокефальную церковь» на Украине в затруднительное положение, так как она самим своим существованием противопоставляла себя объединению республик в единое Советское государство. В 1930 г. Советская власть помогла «автокефальной церкви» самоликвидироваться. На нее распространились такие же гонения, как и на Русскую Православную Церковь.
 
В годы Великой Отечественной войны Русская Православная Церковь, которая на протяжении всей своей истории была с народом и разделяла с ним радости и горе, внесла свои моральный и материальный вклад в победу над фашизмом. Государство, учитывая патриотическую роль Церкви, предоставило ей некоторую, весьма ограниченную свободу. В шестидесятые годы Русская Православная Церковь испытала новые гонения.
 
На протяжении 70-летней истории нашего Отечества из жизни народной многообразными методами и средствами целенаправлено изгонялась праваславная вера, которая веками составляла его духовно-нравственную основу. По всей стране осквернялись и уничтожались церковно-национальные святыни. Русская Православная Церковь, веками бывшая на Руси мощной духовной и культурно-созидательной силой, оказалась в искусственно созданном для нее социалном геттр, в котором ей было уготовано место для жалкого существования как «пережитка прошлого».
 
В этих исключительных, невиданных в истории условиях церковного бытия каждый, кто посвящал свою жизнь Богу и служению Церкви, должен был учитывать сложившуюся реальность и действовать в соответствии со своей верой и голосом совести. По милости Божией и силой благодати Святого Духа Русская Церковь выстояла, сохранила чистоту веры, привлекла к себе миллионы людей новых поколений, составляющих ныне ее паству и клир. При этом мы сознаем, что в пережитые годы как священнослужители, так и миряне не все оказались на высоте своего пастырского и христианского звания.
 
В годы перестройки и демократизации произошли коренные изменения в государственной и общественной жизни. Процесс демократизации в стране глубоко затронул и Церковь. Она теперь вынуждена действовать в пробудившемся, вышедшем на площади и улицы духовно опустошенном обществе, которое является горьким наследием прежних правителей. Люди, воспитанные в духе, чуждом христианской нравственности, облачившиеся в чужую одежду «демократии», продолжают вести борьбу с Церковью новыми методами, не гнушаясь при этом и прямой клеветы.
 
В условиях демократизации общества в Западной Украине возник и доныне продолжается религиозный конфликт между православными и греко-католиками. Процесс легализации Украинской Греко-Католической Церкви приобрел характер религиозной агрессии против Украинской Православной Церкви и террора в отношении православных верующих и духовенства в этом регионе. Греко-католические экстремисты и поныне продолжают свои противозаконные действия по захвату храмов, угрожают физической расправой духовенству и мирянам. Имели место покушения на жизнь священников с применением огнестрельного оружия. Экстремисты-униаты заявляют, что православие являетсся сугубо русской верой, а православные верующие — оккупантами, москалями, кагебистами, которым нет места на Украине.
 
Действия униатских экстремистов не осуждаются местными органами власти, напротив, они принимают дискриминационные решения о передаче греко-католикам храмов, принадлежащих православным. В этих условиях православные, испытывая давление со стороны греко-католиков и поддерживающих их местных властей, не желая принимать унию, принуждаются нецерковными силами переходить в назвавшую себя Украинской автокефальную церковь.
 
В настоящее время автокефальное движение получило распространение в основном в Галиции. Вместе с тем, пользуясь сложившейся политической ситуацией, нецерковные силы стремятся распространить раскол на всю Украину, поставив своей целью ликвидацию Украинской Православной Церкви.
 
В этих условиях, еще до провозглашения декларации о суверенитете Украины, 10 июля 1990 г. украинский епископат обратился к Святейшему Патриарху Алексию и Священному Синоду Русской Православной Церкви с просьбой о предоставлении Украинской Православной Цер кви самостоятельности и независимости в управлении. 25—27 октября того же года Архиерейский собор РПЦ, рассмотрев и всесторонне изучив обращение, даровал Украинской Православной Церкви самостоятельность и независимость в ее управлении.
 
До этого решения 7—8 июня 1990 г. Поместный Собор, избравший Патриарха Московского и всея Руси, в своем определении заявил: «Наша многонациональная церковь благословляет национально-культурное возрождение входящих в нее народов, но отвергает шовинизм, сепаратизм и национальную рознь. В ответ на законное чаяние православных на Украине украинские епархии были объединены в самоуправляемую Украинскую Православную Церковь. Эта Церковь, обладая широкой самостоятельностью, сохраняет законную каноническую связь как с Московским Патриархатом, так и со всеми другими Поместными Православными Церквями. Образование независимой Украинской Православной Церкви открывает возможность избежать раскола и изоляции от Вселенского Православия, осуществлять дальнейшее совершенствование своей самостоятельности, не погрешая при этом против священных канонов и сохраняя любовь и мир между чадами церковными».
 
Решение о самостоятельности и независимости Украинской Православной Церкви было принято в условиях, когда народ суверенной Украины проголосовал на референдуме за сохранение Советского Союза. В настоящее время политическая ситуация на Украине иная: Верховный Совет республики провозгласил Украину независимым государством. Изменяется и церковная обстановка. Украинская автокефальная Церковь ищет пути к объединению с Украинской Православной Церковью. И хотя диалог между ними еще не начался, однако проявление доброй воли с обеих сторон имеется. Возникла идея созыва Всеукраинского межрелигиозного форума, цель которого — религиозное примирение. Он призван создать в обществе атмосферу терпимости, гражданского согласия между верующими всех религий и вероисповеданий, способствовать их взаимопониманию и сотрудничеству на благо народа Украинского государства.
 
Мы призываем нашу украинскую паству возносить молитвы Господу нашему Иисусу Христу о народе и властях независимой Украины, чтобы все люди жили и трудились в союзе мира и братской любви.
 
Желание сохранить чистоту православной веры и каноническую всеми признанную Церковь в независимом украинском государстве требует от нас принятия новых решений, которые послужили бы на благо Украинской Православной Церкви и привели бы к ликвидации раскола.
 
С этой целью Священный Синод решил созвать Собор Украинской Православной Церкви с тем, чтобы обсудить вопрос о полной самостоятельности и независимости нашей Церкви, т. е. автокефалии, и принять соответствующее решение. Независимая Украина должна иметь независимую Церковь в союзе мира и любви с Русской Православной Церковью и со всеми Поместными Православными Церквами.
 
Что такое автокефалия и каковы канонические способы ее провозглашения ?
 
СПОСОБЫ ОБРАЗОВАНИЯ АВТОКЕФАЛЬНЫХ ЦЕРКВЕЙ
 
Термин «автокефальная церковь» стал употребляться лишь с начала V века. Слово «автокефальный» — греческое и состоит из двух слов: «авто» — «сам» и «кефали» — «глава» и применяется к светским и церковным организациям, которые имеют свою главу, свою суверенную высшую власть, независимую от другой власти.
 
Церковный канонист Вальсемон называет автокефальными всех митрополитов провинций Греко-Римской империи в эпоху II. Вселенского собора (381 г.).
 
Исторически Единая, Святая, Соборная и Апостольская Церковь разделилась на Поместные Церкви, возглавляемые своими предстоятелями. Самоуправляющиеся церкви впоследствии получили наименование автокефальных церквей. Административная самостоятельность Поместных Церквей при полном внутреннем единстве имеет полное обоснование в церковных канонах.
 
Обычной нормой образования новых автокефальных церквей является соборная воля епископата уже существующей автокефальной Церкви. При этом компетенция Собора епископов автокефальной Церкви ограничивается ее собственной территорией. Собор епископов автокефальной Церкви может как провозглашать новую автокефалию части своей Церкви, так и отказаться от автокефалии своей Церкви, постановив о присоединении к другой автокефальной Церкви с согласия последней.
 
История нам говорит, что Церкви Константинопольская, Антиохийская и Русская давали автокефалию своим частям.
 
Никакие другие факторы не могут основать канонически автокефальную Церковь, хотя история Церкви свидетельствует, что такие попытки делались не раз, а именно: государственной властью, епископатом части автокефальной Церкви, Церковью Константинопольской вне ее пределов.
Дарование автокефалии государством противоречит основному каноническому правилу. Ибо никто не может дать другому право, которого не имеет сам. Государственная власть не только не имеет верховной церковной власти, но не имеет вообще никакой церковной власти.
 
Автокефалию не может провозглашать часть епископата автокефальной Церкви по собственным побуждениям или под давлением государственной власти. В этом случае нарушается каноническая аксиома: «Нельзя дать того, чего сам не имеешь» с той лишь разницей, что здесь несуществующее право дается не другому, а себе самому. С чисто канонической точки зрения это есть прямое нарушение 34-го Апостольского правила, 9-го правила Антиохийского собора и 15-го правила Двукратного Собора, предписывающих епископам всякой Церкви ведати епископа в митрополии начальствующего и ничего особенного важного не делать без него, не устраивать соборов без его председательства, и в знак общения с ним поминать его имя за богослужением.
 
Всякая автокефальная Церковь полномочна дать автокефалию только той части Церкви, которая канонически подлежит ее юрисдикции. Дарование автокефалии части другой какой-либо автокефальной Церкви есть нарушение основного канонического принципа о неприкосновенности прав всякой автокефальной Церкви и строго осуждается законом.
Каким же мотивом должна руководствоваться автокефальная церковь, даруя автокефалию своей части? Как во всех церковно-административных вопросах, в вопросе об автокефалии церковная власть должна руководствоваться лишь одним основным мотивом — пользой Церкви, а эту пользу она должна видеть в создании условий, необходимых для выполнения ее спасительной миссии. Кроме того, Церковь-Мать при решении вопроса об автокефалии должна считаться, во-первых, с волей епископата и народа той части Церкви, которая может получить автокефалию; во-вторых, с соображениями государственной власти и, в-третьих, с региональными условиями.
 
Если решение вопроса об автокефалии принадлежит центральной власти Матери-Церкви, то самое возбуждение вопроса обычно принадлежит той части Церкви, которая хочет получить автокефалию. Право говорить от имени этой части принадлежит ее епископату.
При решении вопроса о даровании автокефалии Церковь-Мать, помимо указанных мотивов, должна учитывать наличие условий, необходимых для самостоятельной жизни той своей части, которая желает получить автокефалию, другими словами, иметь устройство, отвечающее самой сущности автокефалии. Каноны, как и их авторитетные комментаторы, дают ясное и точное понятие о сущности автокефалии и сообразно с этим устанавливают определенные условия устройства автокефальной Церкви.
 
Для возникновения новых Автокефальных Церквей и способов их провозглашения, Московский Патриархат принял и руководствуется следующими принципами:
1. Следуя наставлению Апостолов и Номоканона, каноническая практика Вселенской Церкви утверждает, что основать или провозгласить новую Автокефальную Церковь имеет право лишь такой церковный орган, который обладает высшей властью в этой Церкви.
В ныне действующих Автокефальных Православных Церквах такая власть присуща Поместным Соборам епископов этих Церквей. Естественно, что компетенция Собора епископов Автокефальной Православной Церкви ограничивается пределами юрисдикции своей Поместной Церкви. (См. о Соборах в церковных областях-автокефалиях — 2 пр. II Всел. Собора).
2. Провозглашение Собором Поместной Церкви новой автокефалии части своей Поместной Церкви должно сопровождаться последующим признанием этой новой Автокефальной Церкви со стороны всех Поместных Автокефальных Провославных Церквей-Сестер, в чем проявляется «единство духа в союзе мира» (Еф. 4, 3).
3. Автокефалия дается лишь той Церкви, которая имеет внутренние возможности существовать независимо от другой церковной власти.
4. Провозглашение автокефалии необходимо для пользы Церкви и является условием для более успешного ее развития.
Итак, для решения вопроса о канонической автокефалии Украинской Православной Церкви церковная власть должна руководствоваться следующими требованиями:
1. Основной причиной образования новой автокефальной Церкви является польза или благо Церкви. Польза Церкви заключается в создании условий, необходимых для выполнения ее спасительной миссии.
2. При решении вопроса об автокефалии Церковь-Мать должна считаться с волей епископата и народа той части, которая хочет получить автокефалию. Возбуждение вопроса об автокефалии принадлежит той части Церкви, которая хочет ее получить. Право говорить от имени этой части принадлежит епископату.
3. Церковь-Мать при обсуждении вопроса о даровании части своей Церкви автокефалии учитывает интересы государственной власти.
4. Часть Церкви, желающая получить автокефалию, должна иметь условия для самостоятельного существования.
5. Вновь образованная автокефальная Церковь должна быть признана всеми Поместными Церквами.
 
Вышеозначенные требования для получения Церковью полной самостоятельности ставят перед нами вопрос: может ли Украинская Православная Церковь предоставить веские аргументы в пользу своей полной самостоятельности? Да. Наша церковь имеет основание просить автокефалию у Матери-Церкви.
 
Во-первых, основная цель нашей просьбы — благо Украинской Православной Церкви, а также всего Православия. Полная самостоятельность нашей Церкви будет способствовать сохранению и укреплению Православия на Украине. А это значит, что Церковь сможет выполнять свою спасительную миссию. Полная независимость Церкви будет содействовать преодолению автокефального раскола, противостоять униатской и католической экспансии, служить примирению и установлению согласия между враждующими ныне вероисповеданиями, консолидации всех национальностей, проживающих на Украине, и тем самым внести свой вклад в укрепление единства всего украинского народа.
 
Во-вторых, религиозная обстановка, складывающаяся на Украине в условиях провозглашения независимого украинского государства требует от Украинской Православной Церкви нового статуса. Таким статусом может быть полная самостоятельность Церкви в независимом государстве.
 
В-третьих, в настоящее время Украинская Православная Церковь имеет все необходимые условия для своего полного самостоятельного существования. На территории Украины она имеет: 22 епархии, 23 епископа, около 5500 приходов, три духовных семинарии и три духовных училища (в 1992 году откроется Киевская Духовная Академия), 32 мона тыря, в том числе Киево-Печерская и Почаевская лавры, 35 миллионов верующих.
 
Богослужебным языком Украинской Провославной Церкви является церковнославянский с восточным и западным произношениями. Использование этого языка в православном богослужении имеет тысячелетнюю традицию. Он объединяет славянские Православные Церкви. Наш православный народ воспринял его всем своим существом и не желает отказываться от него. Вместе с тем наша Церковь допускает употребление украинского языка в богослужении по желанию приходского большинства. Для этого необходимо иметь согласие 2/3 прихода. Церковная проповедь произносится на украинском и русском языках с учетом желания православных верующих.
 
В-четвертых, полная самостоятельность Украинской Православной Церкви отвечает чаяниям православного духовенства и православных верующих. Поэтому каноническая признанная всеми Поместными Православными Церквами автокефалия Украинской Православной Церкви в независимом Украинском государстве является канонически оправданной и исторически неизбежной.
 
Исходя из всего вышесказанного, мы предлагаем Собору обратиться к Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси Алексию II и епископату Русской Православной Церкви с просьбой даровать Украинской Православной Церкви полную самостоятельность и независимость и содействовать ее признанию восточными патриархами и всеми Поместными Церквами.
 
Джерело: churchby.info
Мы надеемся, что, если Богу будет угодно, при содействии Святого Духа, на Украине будет Поместная Украинская Православная Церковь с полной самостоятельностью в семье Поместных Православных Церквей.